img_1205

Вопросы реорганизации инженерного образования сегодня актуальны как никогда, широко обсуждаются на разных уровнях. Эта тема активно дискутируется не только в российских, но и в ведущих университетах самых разных стран. Мир включился в новую гонку под названием четвертая индустриальная революция. Ее главные технологические драйверы — цифровые и аддитивные технологии, робототехника, широкое использование IT-решений. Эти технологии проникают в традиционные отрасли и радикально меняют их облик. Пропустить новую индустриальную революцию для России означает расстаться с надеждой на экономический суверенитет надолго, если не навсегда. 

Сложность перестройки российской промышленности объективна. Устаревшие технологии, изношенное оборудование, не готовый к перестройке кадровый потенциал. Усложнившаяся геополитическая ситуация заставляет нас сегодня говорить о повышении конкурентоспособности продукции и импортозамещении. Но я бы ввел другой термин — импортоопережение. Достичь этих горизонтов совершенно невозможно без новой кадровой политики, без новых образовательных программ в средней и высшей школе по подготовке инженеров XXI века.

В российском высшем образовании ситуация схожа с промышленным производством: наша профессура не молодеет. Образовательные технологии – традиционны, высшей школе трудно отойти от сложившихся стереотипов. Много других проблем в тесной взаимосвязи промышленности и образования, в том числе проблемы с финансированием. В этом смысле УрФУ выгодно отличается от многих других университетов, поскольку имеет статус федерального, и в последние годы — существенную финансовую поддержку от государства.

Государство выделяет вузам конкретные бюджетные средства для того, чтобы они готовили специалистов, которые дадут отдачу на производстве. И если вузы готовят специалистов «в никуда», если выпускники вузов не работают по специальности — это неправильно. Это, можно сказать, нецелевое расходование государственных средств.

Оторванность вузов от производства для наших промышленных партнеров выходит боком: по экспертным оценкам затраты промышленных корпораций на переучивание и адаптацию кадров весьма значительны и сопоставимы с теми средствами, которые государство тратит на подготовку специалиста.

Почему профессия инженера до последнего времен была не особенно престижной?

Потому что она зависела от невысокого уровня производства, величины зарплаты и социального пакета, возможностей карьерного роста. Это ограничивало приход в УрФУ мотивированных, хорошо подготовленных студентов на инженерные специальности.

Быстрое развитие технологий, постоянное увеличение наукоемкости промышленности и экономики в целом в XXI веке резко повышают требования к базовому образованию инженеров, качеству их интеллектуальных и организационных способностей. Возрастание роли малых и средних инновационных компаний в современной высокотехнологичной экономике повышает требования к универсальности и широте подготовки инженера. Он теперь выступает в роли ученого и практика, эксперта и руководителя одновременно, что расширяет зону его ответственности. Следовательно, и подготовка инженера должна меняться.

Проблемы общества, экономики, и высшего образования взаимосвязаны. Российскую высшую школу много и жестко критиковали за то, что ее выпускники не отвечают современным запросам работодателей по двум критериям. Первый – практическая составляющая подготовки выпускников далека от того, с чем они сталкиваются на реальном производстве. Второй – дефицит квалификации выпускников определяющей эффективность командной работы межличностной коммуникации и т.п.

Новые программы, которые мы разрабатываем, аккумулируют лучший мировой опыт. Они ориентированы на взаимодействие с реальным производством, призваны устранить разрыв между вузовским образованием и производством, который образовался за 1990-е годы, когда промышленность и вузы выживали каждый сам по себе. Этот разрыв пока не преодолен. Но повышение интереса к инженерным специальностям есть. Об этом можно судить по тому, сколько выпускников школ выбирают физику в качестве основного для ЕГЭ. По России в целом этот показатель растет, за год он вырос с 18% до 22% (В Свердловской области – до 25%).

Какие факторы прямо влияют на проектирование новых образовательных программ и новых форматов инженерного образования?

Сегодня, в XXI веке, в отличие от века XX, надо готовить инженера не как массовый, но уже как штучный инновационный товар. Надо учитывать требования не только мощных корпораций и производств, но и активно развивающихся малых инновационных предприятий. Именно они могут стать точками роста в контексте новой промышленной революции! И здесь от инженера, сотрудника такой компании, требуются совершенно другие качества. Он должен быть всесторонне развит, креативен, принимать на себя ответственность за принятие нестандартных решений, чтобы двигать свое предприятие, возможно – создавать и продвигать свой бизнес.

На одном из президентских советов по образованию и науке, целиком посвященном развитию инженерного образования, была сформулирована такая градация требований к техническим специалистам, которые нужны современному производству. «Техник» (работа на высокотехнологичном оборудовании, обслуживание и ремонт), «линейный инженер» (обслуживание основных технологических процессов), «инновационный инженер», а также «инженер-исследователь» (разработка и внедрение новых технических изделий и технологий). Фактически эта градация отражена в федеральном Законе об образовании, принятом в 2012 году. Он предусматривает следующие уровни образования: среднее профессиональное образование, бакалавриат, специалитет, магистратура. Первое дает колледж, остальные три – вуз.

Университетские образовательные программы подразделяются на академические и практикоориентированные. Цель последних – снижение периода адаптации выпускника на производстве. До 30-40% программ бакалавриата в вузах сегодня практикоориентированы. В таком бакалавриате существенно увеличена доля производственных практик, по некоторым программам студент более года из четырех должен провести на практике. Предусматривается также получение разряда рабочей профессии и это очень полезно.
Но тут возникает другая проблема – многие пытаются вместить привычный пятилетний курс обучения в четыре года бакалавриата. Урезают целый ряд курсов программ – в результате на производство приходит так сказать, «недоделанный» инженер – и производственники не знают, что от него ждать, что можно спрашивать, а что нет. Нужно смириться с мыслью и понять, что бакалавр — это не выпускник специалитета, это другой, особый уровень образования. Это понимание требуется как в академической, так и в производственной среде.

Свет в конце тоннеля появляется в связи с профессиональными стандартами. Уровни квалификации, которые утвердило Минтруда, сделаны для того, чтобы разработчики профстандартов понимали разницу между квалификационными уровнями. Это некий прообраз национальной рамки квалификаций, которые есть во всех цивилизованных странах. Это основной инструмент, который связывает образование и производство, требования промышленников и то, что дает образование, чтобы этим критериям следовать.

Профессиональные стандарты — это набор требований к квалификации работника, который должен выполнять определенные трудовые функции. На сегодня таких профстандартов разработано и утверждено более 600, а всего по Указу Президента их должно быть более 800.

Изменения, внесенные в Закон об образовании, требуют разработать образовательные стандарты на основе стандартов профессиональных. И здесь кроется ловушка. Поскольку стандарты профессиональные и образовательные – это две разные сущности. Они написаны разными людьми и разным языком, их стыковка чрезвычайно сложна. Один и тот же термин может иметь разное значение. Образовательные стандарты существенно шире, чем стандарты профессиональные, потому учитывать нужно целый ряд профессиональных стандартов. На мой взгляд, требования профессиональных стандартов можно с пользой применить, прежде всего, при проектировании образовательных программ, например, при формулировании профессиональных компетенций.

Универсальные или узкие специалисты?

В Советском Союзе выпускники вузов получали фундаментальное образование, и его качество ценилось во всем мире. В ряде западных стран был крен на практическую подготовку более узких специалистов. Истина посередине, настало время интеграции этих двух векторов. Практикоориентированные программы имеют свою иерархию. Сегодня в большей корзине образовательных программ есть масса видов и подвидов. Важно, чтобы компоненты этой корзины не были разделены, а наоборот, были взаимосвязаны, чтобы у студента была возможность реализовать свой интерес в какой-то другой области – если проснется такая потребность.

Что делать вузам как образовательному компоненту и партнеру производства?

Надо готовить программы прикладного (практикоорентированного) бакалавриата под заказ работодателей. У нас в Высшей инженерной школе УрФУ есть опыт создания программы производственно-технологического бакалавриата под заказ УГМК. В рамках этой программы обучается группа из 25 ребят, которых с первого готовят на мастеров участков, инженеров младшей категории. В этой программе самое непосредственное участие принимают их будущие работодатели. Это целевая группа – каждый выпускник пойдет работать на конкретное предприятие, по известному профилю подготовки. Есть программы научно-исследовательского бакалавриата, которые фактически предполагают продолжение обучения в магистратуре и далее аспирантуре. Думаем мы сегодня и о новом типе программ – широком или общеинженерном бакалавриате, выпускники которого смогут быстро адаптироваться к изменяющимся требованиям развивающихся производств.

Что включает в себя образовательный стандарт УрФУ для разработки и реализации программ производственно-технологического бакалавриата?

Мы воспользовались правом, которое дано нам законодательством, — разрабатывать собственные образовательные стандарты УрФУ. В чем отличие наших стандартов и федеральных? Они разработаны по отдельным видам профессиональной деятельности: производственно-технологической, научно-исследовательской, проектно-конструкторской и включают все три образовательных уровня – бакалавриат, магистратуру и аспирантуру. Наши стандарты носят рамочный характер и оставляют большую степень свободы разработчику программы, чтобы можно было в полной мере учесть пожелания работодателей и требования профессиональных стандартов. Одним из первых создан стандарт производственно-технологического бакалавриата. Под требования этого стандарта подготовлен ряд программ, обучение по которым идет уже четвертый год.

Какова доля студентов бакалавриата Высшей инженерной школы, обучающихся на практико-ориентированных программах? На каком курсе студенты получают рабочие квалификации?

Одно из требований стандарта производственно-технологического бакалавриата – обеспечение возможности получения разряда по профессии рабочего. Такую возможность обеспечивает включение в программу курсов, которые позволяют студентам в течение семестра получать необходимые теоретические знания, а во время производственных практик выходить на сдачу квалификационных требований. Как правило, за одну практику выйти на получение разряда не удается, это достигается к моменту окончания обучения на четвертом курсе.

При методологическом сопровождении Высшей инженерной школы было разработано свыше 30 практико-ориентированных образовательных программ для студентов Института металлургии и материаловедения, Уральского энергетического института и Механико-машиностроительного института УрФУ. Доля их в общем числе обучающихся в УрФУ невелика, но здесь важно другое: наличие конкретного, заинтересованного заказчика – промышленного предприятия для каждого будущего специалиста. В самой же Высшей инженерной школе обучаются магистранты, а с этого года и бакалавры по вновь созданным программам «Системный инжиниринг», выпускники которых ориентированы на решение комплексных технических и технологических задач, на управление техническими проектами различной сложности.

Какие крупные компании сотрудничают сейчас и намерены открыть целевые группы в Высшей инженерной школе?

В интересах УГМК мы уже третий год подряд набираем группу производственно-технологического бакалавриата и ведем подготовку магистрантов, в том числе совместно с Техническим университетом УГМК. Сегодня мы ведем фактически целевую подготовку для Первоуральского новотрубного завода, Уралвагонзавода, Машиностроительного завода имени Калинина и ряда других предприятий. Сегодня в университете открыто 14 базовых кафедр на предприятиях региона и каждая из них целевым образом ведет подготовку в интересах работодателей.

Сколько именно понадобится инженерных кадров через несколько лет?

Большое значение имеет проблема осознанного выбора будущей профессии со стороны абитуриента, вчерашнего школьника. Очень часто об осознанности выбора речи не идет – на выбор оказывают влияние либо родители, либо товарищи-одноклассники, либо пониженные проходные баллы на эту специальность. Через два года обучения в вузе у молодого человека уже другие мозги и он более осознанно выбирает стезю, куда он пойдет – в науку или на производство. И тут многое зависит от того как сконструирована учебная программа, дает ли она возможность выбрать дальнейшую образовательную траекторию.

Сколько именно понадобится инженеров через несколько лет?

Сегодня на этот вопрос не может сказать ни одна производственная корпорация. Потому что активно идет процесс модернизации, внедряется высокотехнологичное оборудование, растет производительность труда. Эти факторы ведут к сокращению штатов, изменению их функционала, соответственно – меняются требования к учебным программам.

Все это привело нас к мысли создания другой модели, уже упомянутого мной, – широкого общеинженерного бакалавриата, который не будет узко профилизирован, дает широкое базовое высшее образование. Выпускник такого бакалавриата будет широко образован и разбираться в инженерных проблемах, главное – он будет готов продолжить образование дальше. Специальные знания по будущей профессии он получит на следующих образовательных уровнях. Здесь у студента вновь появляется возможность выбора. Он может уйти на свободный рынок, в бизнес, или продолжить образование в исследовательской магистратуре и стать ученым, или продолжить обучение в инженерной магистратуре. (Это новый термин, который мы продвигаем, пока еще не очень знакомый общественности). Или продолжить обучение в другой сфере , получать образование и стать юристом, экономистом, менеджером. В любом случае у него будет хорошее базовое техническое образование. Его компетенции помогут ему разговаривать на одном языке техническими специалистами на предприятии.

Выпускники инженерной магистратуры должны прийти на смену инженерным кадрам высокой квалификации еще советской школы, которыми мы заслуженно гордимся, которые реализовали все великие проекты в нашей стране. Пока смена поколений происходит болезненно. Сегодня на многих предприятиях образовался разрыв поколений: наиболее опытные инженеры, технологи и конструкторы – люди зрелого или предпенсионного возраста, им на смену приходят молодые выпускники вузов. Как смягчить, демпфировать ситуацию, помочь поколениям найти общий язык? Задача нетривиальная.
] Для решения этой задачи прописываем определенные требования, критерии, которым должен соответствовать выпускник инженерной магистратуры. Должен иметь качества управленца профессиональной деятельностью, иметь собственное мнение, уметь отвечать за него, нести за свои решения социальную, правовую и экологическую ответственность. Такие требования предъявляют к инженеру во всем мире.

Понятно, что, даже окончив инженерную магистратуру, выпускники не сможет сразу стать главным инженером. Он должен набраться практического опыта – в соответствие с профессиональными стандартами, В них четко прописано, сколько лет надо работать и какие квалификационные экзамены надо сдавать, чтобы подняться с одной ступеньки на другую. Компетенции инженера на современном производстве очень сложны, поэтому их надо закладывать еще в вузе.

В нашей инженерной магистратуре есть программы разных направлений, в частности, системная инженерия, которая активно развивается в Высшей инженерной школе. Они нацелены на подготовку «генерал-инженеров», которые могут управлять техническим проектом в целом, держат в голове не отдельную турбину или крыло, а весь самолет. Таких проектов немного не только в России, но и в мире. Но потребность в таких специалистах очевидна, и у нас уже есть конкретные заказчики, корпорации присылают на нашу программу своих уже сложившихся специалистов, чтобы у нас они могли подняться на новый уровень.

Что хотелось бы заложить в новый образовательный стандарт?

Рамочный характер стандарта. Во многих европейских странах вообще нет стандарта, который регламентирует образовательную деятельность, они пользуются рекомендациями профессиональных сообществ. У нас же сложилось так, что руководит этой рамкой Министерство образования.

Мы бы хотели сохранить рамочный характер стандарта и расширить свободу образовательной организации. Мое мнение – работать надо с лучшими, ориентироваться надо на лучших. Если преподаватель университета не нацелен на создание собственной образовательной программы – то такой специалист бесперспективен. Зачем повторять то, что уже известно? Хотя рамка должна быть, чтобы соблюдались требованиям закона и поддерживалось единство образовательного пространства.

Перед нами стоят новые задачи – создания междисциплинарных образовательных программ, которые не вписываются в привычные рамки, работают на будущие запросы инновационных производств.

Компетентностный подход

Несколько слов о незрелости российских профессиональных сообществ. В развитых странах, например, в Великобритании, есть около 20 профессиональных сообществ, которые объединяют компьютерщиков, инженеров-электриков, механиков и других. Они определяют требования профстандартов, по которым идет подготовка специалистов, они следят за их исполнением, и подтягивают систему образования под себя. В России эти функции размыты. Федеральное министерство образования – орган с очень широкими полномочиями, который отвечает за все. От него трудно ждать специальных инструкций по отдельным отраслям знаний. Здесь разумна и приветствуется инициатива снизу, сотрудничество с работодателями, активное внедрение сетевых форм реализации программ, использование инструментов профессионально-общественной аккредитации.

Как видится развитие универсальных компетенций в инженерном образовании? Каковы способы их реализации?

В советское время развитию универсальных компетенций очень способствовали стройотряды. Более 70 процентов студентов выезжали в стройотряды, которые и были той самой школой, где студенты учились командной работе, получали навыки рабочих профессий, самоорганизации, ответственности за себя и за товарищей, умение принимать решение. В стройотрядах студенты быстро взрослели, учились работать в команде, нацеленной на результат, выявлялись неформальные лидеры. Все это давало, говоря современным языком, очень хорошие универсальные компетенции. Сегодня стройотрядов нет – и мы пытаемся это как-то восполнить.

Как это делается сегодня в Европе и в мире? При помощи технологии проектного обучения. Команда из 5-6 человек реализует определенный проект, начиная с самых первых курсов. Они делают его руками, в этом процесс происходит активация знаний из разных дисциплин – в то же время происходит притирка коллектива, когда определяется лидер, в процессе взаимодействия появляется взаимная ответственность, спрос друг с друга. Как это будет у нас – покажет время, мы еще только недавно запустили инженерную лабораторию, где ребята работают руками, посмотрим, что из этого получится.

Какова методология проектирования образовательных программ?

Классический цикл образовательной программы начинается с выявления потребности. Надо задаться вопросом – а кому это нужно? И совсем не обязательно какому-то конкретному работодателю, например, Уралвагонзаводу. Может быть, это нужно самым разным группам людей или социальным слоям. Но спрос на ту или иную специальность в обществе должен быть.

Большое значение имеет определение результатов обучения, то, что планируется получить на выходе. Затем идет формирование собственно программы. Каким образом этого результата достичь, при помощи набора каких техник и методик обучения? Все это должно быть в цикле – потому что пока реализуется учебная программа, профиль может стать неактуальным. И надо уметь менять настройки программы.

Нам часто говорят: зачем разрушили старую советскую систему образования, все было хорошо! Но в нынешней двухуровневой системе бакалавриата и магистратуры есть свои плюсы. За четыре года учебы (особенно, если это широкий бакалавриат) много воды может утечь, производственные процесс и требования к кадрам могут существенно измениться. Университет на выходе имеет возможность за два года поменять образовательный процесс. Если есть магистерская подготовка общеинженерного уровня, то образование последнего года можно строить под конкурентного заказчика и его потребности. И выпускник приходит как готовый специалист на производство. Да и какой смысл обучать человека 5-5,5 лет, тратить на это государственные средства, когда уже понятно, что он пойдет по другой стезе?

Как проектируются программы?

Несколько слов о методах оценки результатов обучения. Базовая формулировка – это всего несколько ключевых требований.

Обучающийся после окончания процесса обучения (или его части) должен

• знать,
• понимать
• быть в состоянии демонстрировать.

Европа и Америка давно по этому пути идут. И мы тоже последователи этого движения.

Знание – неубиваемая вещь, его ценность бесспорна. Очень важный шаг, технологически, как превратить знание в понимание, а понимание в действие. Задача не в том, чтобы дать студенту сумму знаний, которую он вызубрит, оттарабанит на экзамене, получит свою отметку и за порогом аудитории забудет. Это непродуктивно! Гораздо важнее, чтобы студент из знаний выстроил понимание в виде собственных логических цепочек. Чтобы у него установились связи в подкорке мозга. Чтобы он мог через пять лет сказать – я этот техпроцесс понимаю, а если какую-то цифру забыл, то найду в справочнике или интернете.

Результат обучения обучающийся должен вам именно продемонстрировать. И таким образом гарантировать результаты обучения на выходе. Демонстрировать – тоже принципиально важное требование. Потому что, например, компетенцию неизвестно, как измерить. Она может себя проявить только в реальной ситуации. Например, как можно проверить компетенцию (умение) вести в чрезвычайных ситуациях? Как это проверить? Создать такую ситуацию?

Очень важна также адекватная оценка. Сегодня много говорят о независимом контроле, но, к сожалению, понимают его упрощенно, как тестирование на компьютере. На самом деле оценка должна быть многоплановой. Преподаватели разных модулей образовательной программы, показывая результаты обучения, могут показать преемственность, выстроить целостную программу. И для студента важно, освоил он (или нет) тот или иной модуль обучения.

Для подготовки инженера очень важен личностный контакт студента с преподавателем – и на экзамене, и в процессе обучения. Письменный экзамен – хорошо, он обеспечивает объективную оценку. Но мне, как профессору, важно видеть глаза студента. Сразу видно, насколько он понимает предмет. Это дополнительный образовательный аспект, воспитание таких качеств как умение подать, презентовать себя, доказать свою мысль, убедительно защитить свою позицию. Даже если студент заблуждается, я прислушаюсь и объясню ему, в чем именно он ошибается. Диалог – важный шаг к формированию настоящего специалиста.

Что такое студентоцентрированный подход?

Результаты обучения должны фокусироваться не на преподавателе, а на студенте. Старый подход – преподаватель отчитал лекцию, и результат его не интересует, что там после занятия в голове у студента осталось… Новый подход — — от студента надо получить реальное доказательство, что он это освоил, понимает и может продемонстрировать. Вот это и есть результат обучения.

Мы не одиноки во Вселенной – студентоцентрированный подход стоит во главе угла и приписан в европейских руководствах и документах по качеству образования. Но сделать этот шаг удается единицам преподавателей. По себе скажу: я читаю 30 лет лекции по своему курсу и мне комфортно. Вопросов не задают – и не надо, больше успею рассказать. На самом деле надо делать паузу, чаще задавать вопросы – тогда у студента что-то щелкнет в голове – «я же на лекции, меня спрашивают!» — и он начнет думать, а не просто пассивно слушать. Есть целая методология, серия таких приемов, которая позволяет вовлечь студента в активный процесс, сделать его партнером.

В каждом уважающем себя университете есть такой сборник — гид по использованию результатов обучения. Есть он и у нас в УрФУ, на сайте Высшей инженерной школы. В нем все наши результаты обучения градированы по отдельным циклам как по ступенечкам. Иерархия — от знания к пониманию, синтезу и оценке. Выбор глагола очень важен. Если прописать в результатах обучения: «знать то-то и то-то», то потом попробуй — проверь, знает или нет. А вот если «дать определение» — то это уже конкретнее. Правильно сформулировать результат и обязательно держать в голове, что вы должны его проверить.

Как мы поступаем, когда создаем программу? Каков сегодня стандартный подход?
Что такое образовательные модули?

Исходя из требований стандарта, составляем учебный план, наполняем его наборами дисциплин, которые будут читаться на кафедре, затем сверстанный план утверждается в учебном отделе. И в последнюю очередь думаем о том, что кому то надо еще и учится по этому плану. Все должно быть иначе. Начинать надо со студента, который по результатам обучения сможет или не сможет что-то продемонстрировать. Дальше – построение структуры программы, учебные модули, связанные с результатами обучения. На их основе создается образовательная программа. И в последнюю очередь выстраивается учебный план. Он тоже важен – но это последний элемент.

Что понимается под модулем? Это блок связанных по смыслу дисциплин, совместное изучение которых приводит на результат обучения в рамках программы. Модули позволяют выстроить образовательные траектории. Есть модули, которые осваиваются обязательно и последовательно, или обязательно, но непоследовательно. Притирка модулей по результатам обучения дает возможность сбалансировать всю программу.

Как у нас это происходит? Профессор читает свой предмет, что называется «от века», и ему совершенно безразлично, как его предмет стыкуется с другими. За редким исключением. Как надо? Чтобы стыковка была как на уровне модуля, так и отдельных дисциплин. Чтобы пробелы в образовании одного предмета не мешали студенту постигать другой.

В зависимости от результатов обучения определяют объем модуля, а не наоборот. Должна быть четкая связь: между тем, что преподаватель хочет от студента получить и тем, что будет стоить студенту в плане трудоемкости достижение этих результатов.

Как считать трудозатраты?

При определении трудозатрат российские вузы бодро перешли на зачетные единицы, которые теперь стоят у нас в учебных планах. Считается теперь, что наша система совместима с европейской. Но это не факт. Система европейских зачетных единиц основана на результатах обучения. Первичны именно они. Сначала надо их задать, а дальше думать, сколько студенту надо времени и сил, чтобы этого результата достичь. Сколько студенту надо прослушать лекций, пройти практических занятий и самостоятельных работ.

Каждый образовательный уровень имеет свои дискрепторы результатов обучения. В Европе они названы дублинскими. Они градируют степень сложности результатов обучения от уровня к уровню, от бакалавра начиная. Об этом надо помнить – чтобы у студента хватило на освоение материала и сил, и времени. Надо постоянно отслеживать: а сколько на самом деле студенту требуется времени на выполнение заданий? Какова их трудоемкость? И корректировать их – в сторону уменьшения или увеличения.

Достичь результата уровня программы можно только в результате грамотной стыковки результатов нескольких модулей. Чтобы этого достичь, надо создать команду единомышленников. А это непросто, поскольку каждый преподаватель считает свою дисциплину самой главной и не хочет наступать на горло собственной песне. Особенно, если при этом он теряет на этом зачетные единицы. Это сложно, но я не сомневаюсь, что в масштабах вуза нам это удастся сделать. Может быть, благодаря новому поколению преподавателей университетов.

Процесс переработки западных стандартов, переноса их нашу почву, адаптации очень важен, чтобы методологически понимать европейцев, разговаривать с ними на одном университетском языке. Российские вузы постепенно встраиваются в общеевропейскую систему образования, для которой норма – проходить обучение хотя бы один семестр в другой вузе и в другой стране. И если европейские руководители вузов не будут уверены, что системы обучения европейских и российских вузов стыкуются – они не пришлют сюда своих студентов.

Возрождение Уральской инженерной школы

Откладывать в долгий ящик реформу образования, ориентированную на развитие инженерного образования нельзя, хотя процесс очень болезненный и сложный. Говорят на эту тему много, как именно делать – знают заметно меньше, а реально делают — еще меньше. В этой связи большое значение имеет инициатива по возрождению Уральской инженерной школы, которая в этом году активно реализуется в Свердловской области. Его значение трудно переоценить. Сильная сторона комплексной программы «Уральская инженерная школа» — в системном подходе к формированию непрерывного технического образования. В систему вовлечены все уровни образования — от дошкольного до послевузовского. Намечена реализация своего рода полного жизненного цикла деятельности инженера от ранней мотивации через новый формат профессионального образования к сопровождению всей активной трудовой деятельности специалиста.

Хотя программа и рассчитана на долгосрочную перспективу, первых результатов нужно добиться уже в ближайшие годы. Таким результатом может стать повышение качества подготовки абитуриентов технических направлений, их мотивация на приобретение инженерной профессии. Придут на рабочие места и выпускники практико-ориентированных магистерских программ, которые призваны заменить привычных выпускников специалитета. В программе запланировано и «встречное движение» со стороны промышленных предприятий в направлении создания молодым специалистам комфортных условий труда, возможностей карьерного роста и участия в ответственных разработках. Приток молодых инженерных кадров, ориентированных на инновационный сценарий развития производства, должен оказать положительное влияние на всю экономику региона.

Среди задач программы «Уральская инженерная школа» — создание гармонизированных программ среднего профессионального и высшего образования. В новом законе «Об образовании в РФ» предусмотрена ускоренная форма обучения, используя которую выпускник организаций СПО могут освоить программу бакалавриата за более короткий период обучения. Однако подходы к построению программ с такой возможностью также должны измениться. Это не просто привычный перезачет подобных дисциплин в программах. Сегодня это анализ достигнутых результатов обучения по отдельным дисциплинам или модулям и соответствующая трудоемкость, выраженная в зачетных единицах. Мы разработали соответствующие методики гармонизации программ среднего профессионального и высшего образования, учитывающие эти особенности. Сегодня в Высшей инженерной школе обучается первая группа выпускников СПО, поступивших на программы бакалавриата. Учебу на базовой кафедре УрФУ на ПНТЗ они совмещают с работой на производстве. Такое дуальное обучение дает возможность без промедления применять на практике приобретаемые в процессе учебы знания и умения, эффективно сочетать образование и работу на производстве.

Что делается в регионе для повышения квалификации инженерных кадров?

УрФУ уже третий год подряд становится победителем конкурса программ повышения квалификации инженерных кадров, организованного Министерством образования и науки РФ. За эти годы программы повышения квалификации освоили свыше 600 специалистов промышленных предприятий региона, более 200 из них прошли стажировку в ведущих российских и зарубежных компаниях и инжиниринговых центрах. В подобном формате запланирована и Губернаторская программа. Надеюсь, в ближайшей перспективе она будет реализована.

Под эгидой Высшей инженерной школы УрФУ уже традиционно проводятся конкурсы инженерных проектов. В них принимают участие команды, в состав которых входят как студенты и аспиранты университета, так и молодые инженеры промышленных предприятий области. Жюри оценивает и выполнение конкурсных заданий, и слаженность командной работы, и оригинальность выносимых на защиту инженерных проектов. Придание конкурсу статуса программного мероприятия Уральской инженерной школы позволит расширить круг участников, поднять авторитет и значимость участия и победы в инженерных соревнованиях.

Какими видятся перспективы и этапы развития Высшей инженерной школы УрФУ и Уральской инженерной школы?

Сегодня Высшая инженерная школа позиционируется как перспективный центр развития инженерного образования российского масштаба. За советом и поддержкой к нам обращаются многие российские вузы. Мы стараемся передать весь накопленный опыт, в том числе опыт международного сотрудничества в сфере инженерного образования. Сегодня одна из основных задач школы создание и реализация полновесных программ инженерной магистратуры, внедрение проектного обучения, других активных образовательных технологий. Большое значение имеет развитие партнерских отношений с промышленными предприятиями и организациями города и области.

Одной из своих главных задач мы видим участие в реализации программы Уральская инженерная школа. Включение этой инициативы в Программу социально-экономического развития области до 2030 года свидетельствует о серьезности намерений Губернатора и Правительства Свердловской области в ее выполнении.

*Ребрин Олег Иринархович, директор Высшей инженерной школы Уральского федерального университета (УрФУ), доктор химических наук, профессор